Музыкальный театр Татьяны Веркиной

2018-10-24

/Files/images/IMG_7777_proc.jpg

Концерт класса Татьяны Веркиной – всегда важное Событие в музыкальной жизни нашего города. С одной стороны, это составляющая учебного процесса педагога, обучающего проникать в глубинные смыслы произведений, с другой стороны, – сценическое действо, связывающее эти музыкальные смыслы в единое сюжетное целое со своей внутренней архитектоникой и логикой развития.

Действо это имеет один из главных признаков постмодернового мышления – многослойность, которая позволяет слушателям разного уровня воспринимать понятные им смыслы. Неискушённые слушатели ухватывают вдруг открывающуюся мелодичность, песенность произведений, ведь «веркинцы» умеют петь роялем, вычленяя из толщи звуков главную мелодию, которую начинают слышать люди, боящиеся лавины непонятных звуков. А тут вдруг: Эврика! – Я услышал, пропел, почувствовал, понял! И это значит, что слушатель-неофит захочет прийти ещё не один раз в концертный зал. (Вспоминаю свою студентку-журналистку, которая перестала бояться Баха именно после веркинской бахианы, а 5 лет в провинциальной музыкальной школе вызвали только страх перед инвенциями великого композитора). Более искушённому слушателю единовременно открывается гармоническая вертикаль и мелодическая горизонталь отдельных произведений. Профессионалу откроются глубинные смыслы концертного метатекста с его внутренними семантическими связями.

/Files/photogallery/1279/IMG_7722_proc.jpg Проникнуть в них возможно каждому, ведь ведущая концерта (доцент ХНУИ Екатерина Подпоринова ) даёт ориентиры для интерпретационно-герменевтических и эмоционально-мыслительных коммуникативных постижений слушателя. А вот уровень проникновения у каждого будет всё же разный. Хочу поделиться своим пониманием этого концерта, ведь о нём хочется вспоминать и думать, и ещё не раз послушать – в записи...

/Files/photogallery/1279/IMG_7701_proc_кк.jpg Ми-бемоль минорное скерцо И. Брамса с выразительно подчеркнутыми Александром Панченко интонациями вопросов, просьб, утверждений, убеждений, нарочитого настаивания юной мятущейся и, по всей вероятности, влюблённой души настроило публику на сокровенный разговор об этом чувстве, который повёл Павел Гулевич, исполнив Вариации на тему Клары Вик (фа минор) Р. Шумана. Через исполнение П. Гулевича внутренняя жизнь чувства вдруг обрела плоть и кровь,/Files/photogallery/1279/IMG_7706_proc.jpg благодаря отчётливо выигранным голосам, которыми обрастает главная тема. Чётко выстроенная общая композиция (от главной темы через её кульминационное развитие к завершению повторением одного аккорда) была подчёркнута постепенным уходом последнего аккорда через затухание каждого звука по отдельности (звуковая реализация визуальной метафоры «растаять в дымке»).

/Files/photogallery/1279/IMG_7715_proc.jpg Цикл «Шесть интермеццо» Р. Шумана, представленный Павлом Гмыриным, раскрывает внутренний мир человека с его гранями: страсть, тоска, болезненно-танцевальная весёлость, мгновения небесной просветлённости, и вновь страстные порывы, сменяющиеся глубокой печалью. Очень часто пианисты исполняют этот цикл как сопоставление отдельных миниатюр, а Павел представил собственную концепцию, отличающуюся подчёркнутой целостностью произведения, что в большей мере соответствует психологии человека (ведь переживания очень часто связаны в сложный, но единый эмоциональный комплекс). Эта целостность создаётся за счёт объединяющей ритмометрической структуры музыкальной ткани, которой строго придерживается пианист. А также – за счёт его специфического туше, демонстрирующего широчайший диапазон от пения до выкрика, но в рамках «золотой середины» культуры звука.

/Files/photogallery/1279/IMG_7726_proc.jpg Сюжетной кульминацией концерта стало выступление Петра Янчука, который представил своеобразный диптих «Первая соната Р. Шумана – Сонет Петрарки №104 Ф. Листа». «Единый крик о тебе», ‑ написал о своей Первой сонате Р. Шуман. Пианисты по-разному исполняют её. Пётр Янчук сделал ударение на слове «единый» и сыграл всю часть на одном широком дыхании сильного трагического чувства. Сыграл по-мужски сдержанно: без крика, как бы даже, приглушённо. И эта несколько неожиданная трактовка заставляла вслушиваться в знакомое до боли произведение, как в первый раз, и услышать, что внутренняя трагедия вдруг начинает стремиться к преодолению себя... Именно таким катарсисом, особенно в соотношении с Первой сонатой Шумана, и прозвучал «Сонет Петрарки №104» Ференца Листа в исполнении Петра Янчука.

/Files/photogallery/1279/IMG_7736_proc.jpg Светлое звучание музыки Листа подхватил Сергей Казанцев, исполнив популярную «Венгерскую рапсодию №2» Ф. Листа (редакция Владимира Горовица). Играть столь популярное произведение, о котором вспоминает ещё Антоша Чехонте в юмористической миниатюре «Забыл!!»; которое звучит в популярном мультипликационном фильме «Том и Джери» и в компьютерной игре 2000 г. «Приключения монстра Маппета», достаточно трудно. Сергей возвращает произведению серьёзное академическое звучание, сумев передать специфику не только листовского произведения, но и манеру исполнения блестящего виртуоза В. Горовица. Выступление Сергея Казанцева напомнило высказывание великого маэстро: «Игра на фортепиано требует здравого смысла, сердца и технических средств». Вот именно этими качествами, и в этой последовательности я бы охарактеризовала блестящее исполнение Сергеем Казанцевым Венгерской рапсодии Ференца Листа в редакции В. Горовица, которое подготовило публику к слушанию «Вечерних гармоний» Ф. Листа.

/Files/photogallery/1279/IMG_7739_proc.jpg В исполнении Дениса Кашубы, с его глубоким туше и умением погружать слушателя в состояние созерцательного умиротворения, этюд Листа прозвучал философически, настроив, в свою очередь, слушателя на восприятие глубокой музыкальной исповеди Й. Брамса. Дмитрий Старцев представил поток музыкального сознания Брамса (Три пьесы, ор. 118: Интермеццо ля минор и Ля-мажор, Баллада соль-минор) /Files/photogallery/1279/ста.jpg через образ бесконечно расширяющегося дыхания: вечное движение к удаляющейся цели. Под пальцами Дмитрия музыкальная фактура Брамса напоминала баховские звучания, что одновременно расширяло и замыкало музыкальный круг от Баха до Брамса. Брамс, с одной стороны, замыкает ХIХ век, а с другой размыкает в ХХ-й.

ХХ, вернее, ХХI век был представлен пианистом, композитором, писателем и продюсером Грегором Андерсоном (род. в 1981 г.), который свою жизненную миссию определил так: «сделать классическую фортепианную музыку важной и влиятельной силой в обществе», а философское кредо – так: «жизнь более верна, чем разум».

Наиболее популярное произведение Грегора Андерсона – «Кармен-фантазия для двух фортепиано», которую композитор блестяще исполняет в дуэте с Элизабет Джой Роу. Дуэт «Андерсон и Рой» критики называют самым инновационным; его видеоролики, выложенные в You Tube, номинированы на премию «Эмми» (телевизионный эквивалент премии «Оскар»). Для того, чтобы исполнять столь «раскрученное» произведение, нужны артистическая смелость и своя, не менее интересная интерпретация.

/Files/photogallery/1279/IMG_7756.JPG Для Игоря Седюка и Олега Копелюка такая задача оказалась под силу, поскольку этот дуэт обладает помимо высокого профессионализма собственным шармом и художественным почерком. Как рассказал Игорь Седюк, «в нашем с Олегом понимании, в версии Андерсона сюжет Кармен избавляется от трагедийного толкования ситуации любовного треугольника через передвижение темы Хосе в прошлое, причём Тореадор даёт своей Возлюбленной возможность погрузиться в прошлое, оставив её на некоторое время в уединении со своими воспоминаниями». Удивительно, что всю эту конкретику Игорь и Олег сумели рассказать только с помощью абстрактной музыки – даже без видеоряда, которым пользовались Грегор и Элизабет. И рассказали убедительно, представив светлую сторону любви Кармен. В их любовной истории вместо ревности – уважение к чувствам Любимого человека, даже если они направлены на другого. Такая интерпретация утверждает современный гуманистический подход к человеку: уважение к чувствам Другого человека, который не является собственностью влюблённого.

Таков этико-философский сюжет концерта: от трагедийного восприятия любовного чувства – к светлому, гармоничному, альтруистическому... Собственно музыкальный сюжет выстроился как постижение творчества Брамса, произведения которого обрамляли повествовательное пространство концерта. Брамс, творчество которого замыкает собственно классическую музыкальную культуру, а художественную мысль размыкает в бесконечное движение к совершенству. И, наконец, совершенство найдено? Кармен, которая осталась живой и счастливой? Такого не может быть? Это утопия, идиллия, шутка? Возможно! Но она столь светла, симпатична и, главное, выборена глубочайшими размышлениями о сущности человеческой природы и чувства, что пусть она останется с нами – счастливая Кармен!

Этот оксюморон ‑ ещё один подарок от Татьяны Веркиной харьковчанам…

Р. S. «Меня поражает, насколько выросли эти студенты за несколько лет, не только технически профессионально, но личностно-духовно», – поделилась со мной заведующая фортепианного отделения Харьковского музыкального училища им. Б. М. Лятошинского Ольга Чередниченко. А я во время концерта как-то и забыла, что, кроме О. Седюка и И. Копелюка, на сцене были студенты. В моём сознании концепт «студенчество» как-то отодвинулся на периферию сознания. Для меня это было значимое художественное Событие, как и всё, что делает Татьяна Веркина. Но ведь это же были молодые, даже юные люди, такие же студенты, как и наши, которым мы постоянно делаем скидку на возраст. А Татьяна Борисовна, вероятно, не делает, а работает с ними по-взрослому, в полную силу своей глубокой творческой натуры – и раздвигает молодым горизонты…

/Files/photogallery/1279/IMG_7786_proc.jpg

Татьяна Казакова,
фото - Людмила Казакова

Кiлькiсть переглядiв: 87